— Он заплатил ее адвокатам? — Остановившись, Байрон расправил свои широкие плечи и посмотрел на лестницу, по которой недавно поднялась Девин с Амелией.

— Похоже на то. — Иначе почему Девин так долго отрицала, что Стив был у нее? «Мне следовало это предвидеть». — По крайней мере, Амелия наконец дома.

— Вместе со своей тетушкой Девин Хартли.

— Да, эта женщина — настоящая проблема, — признался Лукас.

Байрон выпятил широкую грудь:

— В Техасе мы расстреливали незваных гостей.

— Если бы мы расстреливали незваных гостей здесь, в Сиэтле, ты уже давно был бы покойником.

— Ты же знаешь, что я любил твою мать.

Лукасу понадобилось несколько лет, чтобы понять, что этот суровый техасец, владеющий огромным ранчо, сделал его мать Кристел счастливой.

— Тогда тебя здесь все считали незваным гостем, — напомнил ему Лукас.

— Ты защищаешь Девин?

— Нет.

Лукас и не собирался становиться на ее сторону. Эта женщина для него головная боль. Она не собирается сдаваться, особенно теперь, когда заручилась поддержкой Стива.

Посмотрев на стакан Байрона, Лукас решил, что ему самому тоже не помешало бы выпить. Он направился по коридору, отделанному деревянными панелями, в зал. Байрон последовал за ним.

— Каким будет твой следующий шаг? — спросил тот.

— Поскольку Девин лишила меня моего главного преимущества — высококлассной юридической помощи, — мне придется лишить сестру Моники ее главного преимущества.

— Собираешься менять Амелии подгузники и варить ей кашу?

— Очень смешно.

Байрон улыбнулся:

— Да, было бы забавно на тебя посмотреть. — Они вошли в просторное светлое помещение, и Байрон еще шире заулыбался. — Лукас Демарко — Дядюшка года.