— Но разве он потерял бы меня, если бы я уехала? — не унималась Брайди.

— Он боится, что потеряет. И потом, не забывай, он знает, что не вечен. Поэтому забудь пока об этом и потерпи еще немного, — настаивала Кейт.

Брайди закивала в знак согласия.

— Хорошо, пусть так. Но тогда вот что… — Она закусила губу. — Если ты мне поможешь… я смогу еще потерпеть. Знаешь, в «Лэйкстрэнд» дважды в неделю привозят цветы из Корка, и я могла бы работать у Конора флористом. Он платил бы мне, а я бы совершенствовала свое умение. Ведь теперь, когда ты вернулась, у меня будет больше свободного времени, правда?

— Разумеется. А моя помощь в чем? В том, чтобы объяснить это папе?

Кейт обещала сделать все, что в ее силах, но предупредила Брайди, чтобы та не слишком надеялась на положительный результат.

Сначала профессор Рутвен решительно не хотел понимать, чего от него хотят, но когда отпираться было уже невозможно, принялся ворчать:

— Так ты говоришь, этот Берк собирается платить Брайди за то, что она будет оформлять для него цветочные горшки? Так вот пусть она передаст ему, что не нуждается в его благотворительности. А как иначе можно это назвать, если всем известно, что у него полный штат сотрудников, которые прекрасно могут выполнять эту работу?

Кейт терпеливо стояла на своем:

— Но они не могут. Для этого нужны определенные способности. Он попросил именно Брайди, так как знает, что она обладает и умением, и терпением, и вкусом. Кроме того, ей нужна практика и одобрение окружающих.

— Ну и делала бы для себя, а не ради денег, которые ей будет платить этот тип!

— Вот это и было бы как раз благотворительностью. Неужели тебя это больше устроит?

— Конечно нет. Только я не понимаю, зачем вообще семнадцатилетней девочке нужно непременно заниматься этим, когда можно просто помогать по дому?