
- Отдай мне шкатулку, Чентел! - повторил он.
- Нет.
Она знала, что он чувствует, как быстро и неровно бьется ее сердце.
- Я могу придушить тебя и тогда сам возьму то, что мне нужно, - мягко произнес он, и Чентел почувствовала, что близка к обмороку, хотя он не усилил давления на шею, а всего лишь легко касался ее.
- Хорошо, - сказала она, закрывая глаза. - Душите меня.
- Маленькая глупышка! - произнес он и отпустил ее шею, зато снова схватил за плечи и потряс, заставив открыть глаза. - Ты согласна умереть, покрывая предателя?
- Это мой брат, моя семья, - ответила она слабым голосом, поднимая глаза на его искаженные гневом черты.
В раздражении он опустил руки:
- Я вовсе не собираюсь тебя убивать.
- Я на это надеюсь, - облегченно вздохнула девушка.
Он посмотрел на Чентел оценивающе:
- Ты очень рискуешь. А что, если я прирожденный убийца?
- А я - прирожденный игрок, - невесело улыбнулась Чентел. - В моем роду в течение многих поколений все были игроками.
- Почему ты так уверена, что я тебя не убью? - поинтересовался он.
- Вы производите впечатление человека, который не делает никаких лишних движений...
- Ты хорошо разбираешься в людях, - произнес незнакомец без тени эмоций в голосе. - Жаль только, что в других отношениях ты не столь проницательна.
Он вытащил из складок плаща обрывок веревки.
- Что это? - подозрительно спросила Чентел.
- Если я не могу заставить тебя сказать, где спрятана шкатулка, и, как ты правильно догадалась, никогда не пойду на убийство без крайней на то надобности, то мне придется убрать тебя со сцены другим способом и самостоятельно найти шкатулку.
- Вы, вы собираетесь...
- Само собой разумеется, всего-навсего тебя связать, - спокойно сообщил он.
Для Чентел в этом не было ничего само собой разумеющегося! Она мгновенно повернулась и стрелой помчалась к двери, незнакомец тут же последовал за ней. Он почти ее поймал, но Чентел сделала обманное движение и бросилась в сторону. Проскользнув мимо преследователя, она подбежала к постели, схватила подушку, швырнула ему в лицо и, быстро перекатившись через кровать, отгородилась ею от злоумышленника, как баррикадой.
