Невыносимо… Невыносимо чувствовать эту жгучую пустоту внутри, но еще хуже знать, что из-за этой пустоты страдают другие люди. Энджи была слишком тонкой натурой для того, чтобы закрыть глаза на переживания подруги, — она всегда остро реагировала на неудачи других. Именно это два года назад сблизило девушек, и именно это сейчас заставляло Люси стыдиться своего состояния… В конце концов, Энджи права — сколько можно страдать из-за человека, который ее не достоин? Ведь Гарри ушел от Люси вовсе не потому, что полюбил другую… Любовь была бы хоть каким-то оправданием. Но то, из-за чего ее предал Гарри… Этого она не могла ни понять, ни простить…

— Ну вот что, — прервала Энджи затянувшуюся паузу. — Я знаю, что нам делать. — Люси подняла глаза и скользнула по Энджи любопытным взглядом. Вызвать у подруги реакцию, хоть чем-то отличающуюся от грустной улыбки, уже было победой… Ободренная многообещающим взглядом Люси, но не очень-то уверенная в том, что ее затея увенчается успехом, Энджи продолжила: — Если Юджин Кортли не даст тебе отпуск, мы устроим ему бунт на корабле… Обе напишем заявление об уходе, — объяснила она. — И пусть тогда выкручивается, старый скупердяй. Потерять двух флористов для него равносильно катастрофе… Как же заказы? Как же прибыль? — передразнила она немного гнусавый голос начальника. — На поиски новых работников уйдет время… А со скупостью Юджина — время немалое… Как тебе идея?

— Наверное, ты свихнулась… — Цель была достигнута. По губам Люси блуждала улыбка человека, который только что узнал, что на свете все-таки бывают чудеса. — Ты готова потерять работу из-за того, что неудачница Люси Маклин впала в депрессию?

— Да! — Энджи уверенно кивнула и поставила на блюдце белоснежную чашку. — Готова. Мало того, я никогда не пожалею об этом…

— Но, Энджи, — с сомнением произнесла Люси, все еще не верящая в то, что подруга не шутит. — Даже если я получу этот отпуск такой ценой… Что мне с ним делать?