— Привет. — Роуэн была немного шокирована, услышав свой собственный голос, и добавила к приветствию немного нервную улыбку. Не успела она глазом моргнуть, как зверь исчез.
Роуэн качнулась на мгновение, как будто только что вышла из транса, встряхнулась и стала вглядываться в лесную чащу в поисках движения, тени, хоть какого-то знака.
Но там была только тишина.
— Снова разыгралось воображение, — пробормотала она, перехватывая коробку поудобнее, и повернулась к дому. — Даже если там что-то и было, то это собака. Просто собака.
Ведь волки — ночные животные, не так ли? Они не набрасываются на людей средь белого дня, просто стоят и смотрят, а потом исчезают.
На всякий случай нужно это проверить, но скорее всего это была собака. Сейчас она была в этом почти уверена. Белинда ничего не говорила о соседях и других домиках. И, как странно, подумала Роуэн, что она сама об этом не спросила.
Значит, где-то там живет какой-нибудь сосед, и у него есть большая, красивая, черная собака. Девушка была уверена, что они вполне смогут держаться подальше друг от друга.
Волк наблюдал, скрытый под тенью деревьев. Кто эта женщина? думал он. И почему именно женщина? Она двигалась быстро и немного нервно, и часто оглядываясь по сторонам, пока перетаскивала вещи из машины в дом.
Он почувствовал ее с расстояния в полмили. Ее страх, волнение, тоска дошли до него. И привели его сюда.
Его глаза нахмурились от раздражения, зубы оскалились, бросая вызов. Будь он проклят, если поддастся ей, если позволит изменить то, кем он является и чего хочет.
Тихо и плавно он повернулся и исчез в гуще деревьев.
Роуэн развела огонь, довольная тем, как он схватился и затрещал, и начала постепенно распаковывать вещи. Их было не так уж много — одежда, провизия, но большинство привезенных ею коробок были заполнены книгами, без которых она не могла жить. Она поклялась себе, что найдет время для чтения. Какие-то книги были для удовольствия, какие-то для обучения. Она росла с любовью к чтению, к изучению мира через слова. И именно из-за этой любви она часто задавалась вопросом, почему же преподавание не удовлетворяет ее.