За спиной послышалось шевеление. Рука Коры обняла его, скользнула по животу и опустилась вниз.

– Мой принц наконец-то соизволил пожаловать? – тихо осведомилась она, поглаживая его.

Кора нежно поцеловала его в плечо, куснула чистую, пахнущую гелем для душа, кожу. Но Мартин аккуратно убрал ее руку.

– Давай не сегодня, дорогая, – попросил он.

Кора немного помолчала. Она никак не могла смириться с ролью отверженной женщины. Никогда еще мужчина не позволял себе игнорировать ее желание заняться сексом. Что случилось с ее мужем? Почему он больше не хочет ее? Неужели... неужели у него завелась любовница?

Эта мысль более других не давала ей покоя.

– А может быть, все же доставим друг другу удовольствие? – попыталась она повернуть ситуацию в нужное русло.

– Я и правда очень устал, милая, – пробормотал Мартин.

– Как знаешь...

Он понимал, что жена обиделась, но ничего не мог с этим поделать.

Отвернувшись, Кора сжала губы. Она не позволит мужу исключить себя из его жизни. Уж если кто и вычеркивал своих кавалеров, так это только она.

Кора всегда первой разрывала отношения, если чувствовала, что им приходит конец. Но прежде чем сделать это, она всегда находила кандидата на замену, дабы не остаться в одиночестве. Больше всего на свете эта молодая женщина боялась оказаться одной. И пока что судьба благоволила к ней, предоставляя быстро производить необходимые замены.

Но с Мартином надо было действовать осторожно. Он был богатым. И он любил ее. Во всяком случае раньше. Надо точно выяснить, что происходит. Только тогда Кора сможет составить правильный план действий.

А пока... пока ей ничего не оставалось, как уснуть, что она и сделала спустя некоторое время.

Мартин еще долго лежал в кровати, смотря на звезды сквозь не закрытое шторами окно. Ему даже показалось, что он заметил, как одна из них, оставляя за собой серебристый шлейф, ухнула вниз. Хочу быть... – только и успел подумать он и с горечью домыслил: хочу быть здоровым. Но звезда, даже если это была она, уже давно исчезла с ночного неба. И даже ее светящийся путь растворился во тьме небесного купола.