И она питалась этими знаками внимания, они словно вода не давали засохнуть ростку ее любви.

Но пришло время, этого стало недостаточно. Отъезд приближался, а Трини так и не поняла, как Брукс к ней относится. В его взгляде всегда сквозила симпатия к девушке, однако ей уже требовалось неизмеримо больше, чтобы укрепить свои чувства, дать им новую пищу.

И тогда она решилась на отчаянный шаг. Она узнала, где живет Джонатан, и подкараулила его у двери в квартиру. В тот вечер Брукс был очень удивлен, увидев у порога дочь своего босса. Однако впустил ее. Не вести же разговор на лестничной клетке.

Трини волновалась, она не знала, как повести разговор. Не знала, что делать, чтобы дать ему понять – она уже достаточно взрослая и готова быть с ним.

Поэтому, пока хозяин квартиры готовил чай, девушка не придумала ничего лучше, как раздеться, расположившись в его спальне на огромной кровати.

Вернувшись в комнату, Джонатан сначала подумал, что Трини ушла. Но, обратив внимание на приоткрытую дверь спальни, вошел туда и... не поверил своим глазам.

Тринити Лайтмен, эта юная рыжеволосая красотка с соблазнительными формами, лежала на животе поверх темного покрывала, застилающего постель, и зазывно смотрела на него, подперев руками голову. Ее гладкие пятки сверкали в воздухе, так как она согнула ноги в коленях и по-детски болтала ими.

– Не хочешь присоединиться? – проворковала она тоном порочной женщины, который, по правде говоря, ей плохо удался.

Джонатан все еще стоял, собираясь с мыслями.

Затем решительно подобрал разбросанную по комнате одежду и кинул ее девушке.

– Одевайся, – коротко бросил он.

– Но... – попыталась возразить Тринити, искренне удивленная подобной реакцией предмета своих мечтаний.