Элизабет испытующе посмотрела на сестру и вывела «фиат» со стоянки возле школы.

– Как это повеселимся? – уточнила она. – А кто обещал родителям вести себя прилично?

Джессика утомленно покачала головой. Иногда наивность сестры поражала ее.

– Ты что, собираешься вести себя так же, как и при них?

Элизабет рассмеялась:

– А что в этом плохого? Уж будто бы при них я невыносимая зануда.

– Ну не то чтобы невыносимая... Но, согласись, ты уж чересчур осторожничаешь.

– Возможно, – сухо согласилась Элизабет, снижая скорость на красный свет.

– На уроках мистера Коллинза, – лукаво продолжала Джессика, – мы проходили сестер Бронте. И мистер Коллинз назвал их замечательными женщинами, потому что у них было яркое воображение и озорной характер.

– Что ты задумала? – насторожилась Элизабет. – Ты что, собираешься посреди ночи носиться по Ласковой Долине и горланить песни?

– Я думала о вечеринке, – таинственно зашептала Джессика.

– Джес! – укоризненно воскликнула Элизабет. – Какая может быть вечеринка, когда родители в отъезде? Они нам такое устроят!

– А откуда они узнают? Я же имею в виду небольшую вечеринку, – поспешно поправилась она. – Просто мы с Лилой пригласим кое-кого из друзей. Человек пять – десять, не больше. Вы с Тоддом тоже можете кого-нибудь позвать, – великодушно добавила она.

Элизабет тяжело вздохнула:

– Нас с Тоддом в это не впутывай. У меня и из-за конкурса уже голова кругом идет. Еще не хватало волноваться из-за последствий вашего сборища.

Джессика покачала головой, с жалостью глядя на сестру.

– Бедная, бедная Лиз, – вздохнула она. – А ведь какая возможность разнообразить свою жизнь, встряхнуться как следует. Вечеринка будет, что надо, Лиз. Честно! И...

– Отстань, – отрезала Элизабет. – Можете с Лилой хоть на голове ходить, но без меня. И потом, – добавила она сухо, – я вашу вечеринку все равно смогу оценить. Вы небось такого звона зададите, что и у Тодда будет слышно...