Включая и Дженни, подумала Сильвия, а вслух прошептала:

— Я понимаю.

— Нет, не думаю, чтобы вы понимали! — Стивен, как всегда при волнении, провел пальцем по подбородку и погладил шрам. — Но это не имеет значения. Я считаю Ника Гаррисона слизняком, низкопробным подонком, который должен получить по заслугам.

— И для того чтобы он получил по заслугам, я должна дать показания?

— Совершенно верно.

— А если не дам?

— Что?! — От изумления Стивен даже притормозил машину, хотя они находились в центре потока движения.

— Если я не дам показаний, что тогда будет?

— Черт возьми! Но ведь вы же заключили соглашение!

— Соглашение?!

— Что с вами? — Стивен говорил командирским тоном. — Вы что, ничего не понимаете?

— Сделайте одолжение, — жестко попросила Сильвия, стараясь оставаться спокойной, хотя все лицо уже начинало пылать от обиды. — Разъясните мне суть этого соглашения еще раз.

— О'кей! Постараюсь сделать это как можно понятнее. Вы сказали — «если вы не дадите показаний».

— Тогда Гаррисоны будут преследовать меня до конца моих дней?

— Да. И это будет ваш выбор! Блэкпул предлагал распространить на вас положения Программы защиты свидетелей через ведомство федерального судебного исполнителя. Но он сказал, что вы отказались.

Дженни оказалась глупее, чем Сильвия думала, хотя при большом воображении и это можно было себе представить. При ее свободолюбии Дженни не потерпела бы любой плен, даже если бы он означал защиту от семьи Гаррисонов.

— Но все же если я не дам показаний? — продолжала настаивать Сильвия.

— Гаррисона признают или не признают виновным, а вам после установления данного факта предъявят обвинение в причастности к убийству. Вы ведь знали о том, что он убийца, но не сообщили об этом в соответствующие органы. — Стивен положил руку ей на плечо и стал буквально буравить подопечную взглядом.