«Дочка Хардвика очень уж храбрая и горячая девочка, – думал Джимкинс, седлая жеребца. – Она не побоится дать отпор, если ее начнут поучать. Давно пора найти ей мужа».

Ураган с нетерпением бил копытами – он сразу же понял, что предстоит прогулка.

– Осторожнее, – сказал Джимкинс, когда Кэтрин сунула ногу в стремя. – Он сегодня слишком уж возбужден.

– Я буду осторожной. – Кэтрин не могла проигнорировать предостережение человека, который первый раз посадил ее на пони и провел по загону. Старик иногда становился несносным, но он являлся членом их семьи, во всяком случае, здесь, в Стоунбридже. Впрочем, то же самое можно было сказать обо «всех слугах, помогавших сэру Хардвику растить дочь после смерти его жены.

Многие сочли бы Кэтрин слишком избалованной, но это было не так. Просто она не сомневалась в том, что все домашние обожали ее. И девушка относилась к ним с той же любовью.

Еще раз улыбнувшись Джимкинсу, Кэтрин стегнула Урагана, и тот поскакал легкой рысью – девушка не позволяла жеребцу скакать быстрее, пока их могли видеть из конюшен. Но как только они миновали мост, давший название поместью

Жеребец сразу же понесся так стремительно, что Кэтрин громко рассмеялась от удовольствия и неожиданности. Уверенно сидя в седле, она шепотом понуждала Урагана скакать еще быстрее.

Породистый конь летел стрелой, едва касаясь земли. Кэтрин же, наслаждаясь свободой, смеялась все громче. Смеялась до тех пор, пока у поворота дороги едва не сбила человека.

Глава 2

Грэнби не торопился, он наслаждался утренним солнцем и безоблачным голубым небом – и вдруг...

Резко натянув поводья, граф едва успел свернуть направо. Его лошадь тотчас взвилась на дыбы, но, к счастью, все закончилось благополучно – Грэнби все же удержался в седле.