– Простите, что я напугала вашу лошадь... – пробормотала Кэтрин. – Но этой дорогой редко пользуются, и я не думала, что встречу здесь кого-нибудь. Пожалуйста, сэр, простите за беспокойство. Желаю удачи.

Грэнби нахмурился. Значит, эта девица собиралась преспокойно уехать, хотя только что едва не сбила его. Он даже не знал ее имени, а ему очень хотелось его узнать.

Действительно, кто она? Конечно, не простолюдинка – на ней шикарная амазонка, а жеребец... Разумеется, такой великолепный конь не мог принадлежать местному бакалейщику. Что ж, в любом случае ее отцу следует знать, что его дочь слишком беспечна.

Или придется говорить с ее мужем?

Грэнби надеялся, что нет. Графу не хотелось, чтобы очаровательная молодая дама оказалась чьей-нибудь женой. «Она всегда должна быть такой же неукротимой и свободной, как сейчас, – подумал он, едва заметно улыбнувшись. – И еще она должна царапаться и кусаться, когда ее целуют. Да, сначала шипеть, а уж потом мурлыкать».

А она бы непременно замурлыкала. Грэнби в этом нисколько не сомневался.

В ней чувствовалась страсть – эта страсть светилась в ее глазах, смотревших на него с кошачьим любопытством.

Тут граф почувствовал, что его влечет к очаровательной всаднице. Разозлившись на себя самого, Грэнби снова нахмурился; он решил как следует наказать девушку за столь безрассудное поведение. Ведь не только он, но и она могла пострадать, могла бы оказаться под копытами...

– Вы желаете мне удачи? Но я пока что не собираюсь вас покидать. – Грэнби взял жеребца под уздцы. – Спускайтесь.

– Нет.

– Я хочу осмотреть вашего коня. Спускайтесь.

Кэтрин замерла в нерешительности. Она вдруг почувствовала, что боится этого незнакомца. Высокий и широкоплечий, он был слишком уж уверен в себе. К тому же он смотрел на нее чрезвычайно строго. «Наверное, опять начнет отчитывать», – думала Кэтрин.