Саманта терпеть не могла, когда от нее что-то скрывали. А сейчас она нутром чуяла, что дело нечисто. Во-первых, отец уклонился от ответа, когда она поинтересовалась, кто такой этот Кевин Рид и зачем он приезжает. Во-вторых, сам Кевин тоже не слишком рвался откровенничать по поводу причины своего визита. Саманта почувствовала неладное, и это не давало ей покоя. Что ж, видно, придется подождать, пока они не доберутся до ранчо.

Протянув руку, Саманта нажала кнопку над головой.

– Мы набрали высоту, мистер Рид, – холодно сообщила она. – Курить на борту не разрешается, зато пить можно сколько угодно, – не удержалась она от насмешки, вспомнив, какое выражение лица было у этого типа, когда он узнал, что она не стюардесса. Парень просто утратил дар речи. По-видимому, в его мире женщинам не дозволялось заходить дальше стюардесс.

Для Саманты самолеты были мечтой с самого детства. Она постоянно летала вместе с родителями, исколесившими весь мир. Вместо кукол ее любимыми игрушками были самолетики, позже она стала играть с моделями с дистанционным управлением, убегая из дома на долгие часы, чтобы запускать их. Пилот ее отца – пожилой мужчина по имени Катберт всегда пускал дочурку босса в кабину и даже раздобыл ей комбинезон, чтобы она могла вместе с ним копаться в моторе.

К тому времени, когда Саманте исполнилось восемнадцать, она твердо знала, какую профессию выберет. Отец, конечно, отнесся к этой идее без особого восторга. Но поскольку как раз в это время его любимая жена умерла от рака, оставив мужа с тремя детьми неполных двадцати, восемнадцати и тринадцати лет, он был просто не в силах ее отговаривать. Слишком болезненно он переживал свою потерю. Впрочем, даже если бы он был тогда в состоянии серьезно задуматься об этом, все равно вряд ли отказал дочери, надеясь, что за долгие обучения, необходимые для того, чтобы получить диплом пилота, ей просто все надоест и она оставит свою бредовую затею. Но тут он мог крупно ошибиться. Саманта страстно любила летать и ради этого готова была на что угодно.