Несмотря на очевидное нетерпение, его тон изменился, перестал быть оскорбительным. Он напряженно замер в ожидании ответа.

Похоже, он все-таки понял: недостаточно помахать перед ее носом чековой книжкой, чтобы она тотчас исполнила любое его желание. Так, может быть, делали все остальные. Но только не она.

– Ты повторяешься, Дэймон. Четыре года назад ты предложил мне деньги, чтобы я держалась подальше от Флисс…

– Признайся, тебе было невыносимо видеть, что твоя лучшая подруга обрела счастье с мужчиной, которого хотела ты.

– Нет! – Ребекка накрыла уши ладонями. – Я не желаю слушать бредни самовлюбленного нахала!

Дэймон быстро поднялся и, схватив ее за запястья, опустил ее руки.

– Да! Признайся, Ребекка, это ты надоумила ее уйти от меня спустя всего лишь шесть недель после нашей свадьбы. Ты отчаянно пыталась…

– Нет, – громко повторила она, сердито глядя на него. – Все было совсем не так.

Он наклонился вперед, и они едва не соприкоснулись лбами.

– Одному богу известно, как тебе удалось убедить Фелисити бросить меня и уехать с тобой.

Возможно, пришло время рассказать ему всю правду. Это должно отрезвить его. Ребекка глубоко вдохнула.

– Она уехала по своей воле. Я ее не принуждала. Я рассказала Флисс о своем биз…

– Перестань! Я не хочу слушать твое вранье. Никто не сможет меня переубедить. Побег Фелисити – твоих рук дело. – Его дыхание участилось, глаза потемнели от гнева. – И если бы не ты, моя жена была бы сейчас жива.

Дэймон резко отпустил ее, и она едва устояла на ногах.

– Я не хочу с тобой разговаривать после таких слов. Уходи немедленно, – тихо произнесла она, рассеянно потирая запястье.