На несколько секунд ее слова смутили Дэймона, но затем его лицо посуровело.
– Как я называю свою жену, не твое дело. Я всего лишь прошу тебя не портить ей праздник.
«Свою жену»! Ее сердце снова пронзила мучительная боль.
– Мне кажется, ты несправедлив. – Ребекка надменно подняла бровь. – Например, Саввас сказал мне, что все устроено просто великолепно. И цветы, и платье, и торт. Я же не могла поставить под сомнение репутацию «Дрим Оккейженз».
– Я не сомневаюсь в твоем профессионализме. Меня беспокоит твоя склонность делать пакости окружающим.
Если бы только она могла его возненавидеть!
По правде говоря, в данный момент ей больше всего хотелось убить Дэймона Астериадеса, делового магната, миллиардера… и самого упрямого, самого тщеславного человека, которого она когда-либо встречала. Если бы он хоть немного лучше ее знал, то понял бы, что она вовсе не собирается омрачать Флисс праздник. Внутри у нее все клокотало от гнева. Ей хотелось наказать этого самоуверенного типа, заставить его поволноваться.
Она изобразила на лице самодовольную улыбку.
– Делать пакости, говоришь? Ты прав, это у меня в крови.
– Точно. – Его взгляд был холоднее льда. – Я не хочу, чтобы ты разговаривала с Саввасом. Оставь моего брата в покое. Я не позволю тебе его обманывать.
Реакция Дэймона была легкопредсказуемой.
До встречи с ним Ребекка была наслышана о его недюжинном уме, решительности и сногсшибательной внешности. Но она никак не ожидала, что он пробудит в ней первобытные инстинкты. Они познакомились на свадьбе его делового партнера, которую она организовывала вместе с Флисс. Одного взгляда на этого великолепного мужчину оказалось достаточно, чтобы в него влюбиться.