Лицо Хантера побагровело.

– Я бы тоже мог наградить вас соответствующими прозвищами, но сейчас хочу докопаться до истины. Так что конкретно сообщила вам сестра о соблазнившем ее мужчине?

– Это вы, можете не сомневаться. Она сказала, что он глава компании, оказывающей финансовые консультации, что он… – помявшись, Эвелин решила не упоминать такие характеристики, как внешняя привлекательность и ум, – живет в Лондоне и достаточно зрелый человек.

– А имя? Она называла его?

– Нет, не называла, – пришлось признать Эвелин. – Она сказала, что хочет забыть о существовании такого подонка, как вы. Но я видела ваше имя на счете, который клиника выставляет, когда поступает пациент. Ваше имя зафиксировано в документе, так что нет смысла выкручиваться. Я…

– А вам не приходило в голову, что у нее мог быть роман с совершенно другим человеком, с тем, кто украл мой бумажник?

На мгновение Эвелин опешила, но тут же ее осенило:

– Выяснить это легче всего: сегодня же вечером позвоню Розалинде и попрошу назвать имя героя-любовника.

– Кажется, вы сказали, что она хочет все забыть?

– Я заставлю ее выложить правду. Я добьюсь…

– О нет, не стоит.

– То есть вы готовы признаться?

Возмущенно посмотрев на Эвелин, Хантер сунул руки в карманы, словно опасаясь, что пустит их в ход и придушит ее.

– Вы что, не слышали? Я не знаком с вашей сестрой! Думаю, то ли вы с ней на пару сочинили эту историю, то ли она одна, а вас заставила поверить в свою фантазию. И я не позволю вам говорить с ней в мое отсутствие и наконец-то выясню, что за этим кроется.

– Что вы имеете в виду? – нахмурилась Эвелин.

– А то, что мы с вами отправимся к вашей сестре, и немедленно!

– Но это же смешно! Мне достаточно позвонить Розалинде и убедиться…

Хантер покачал головой, и угрожающее выражение его лица заставило Эвелин умолкнуть.

– Нет уж. Я хочу присутствовать при том моменте, когда вы признаете, что ошиблись, и вываляю вас в грязи, когда вы принесете мне извинения.