От одной мысли, что ей предстоит снова оказаться рядом с Максимом Дехупом, у нее учащалось дыхание. Этот человек действовал возбуждающе, вторгаясь в ее безмятежность.

Конечно, он не дал ей возможности вовремя принять нужное решение. Ведь Алан сказал ей, чтобы она держалась подальше от Максима Дехупа! Но ей так хотелось получить кресло-качалку! Она просто сгорала от желания стать его владелицей. И если это поможет Дехупу не чувствовать себя виноватым, она готова его принять. Кресло идеально впишется в ее спальню, и она сможет качаться в нем во время чтения.

Джорджиана посмотрела на лестницу, которая вела из прихожей наверх. Поможет ли ей Дехуп поднять кресло? Можно ли просить его о такой услуге? С другой стороны, кресло весьма большое. Как она поднимет его на второй этаж одна?

Джорджиана бросила взгляд в сторону камина — нужны дрова. Она принесет немного поленьев, разожжет огонь, а потом быстренько поднимется, примет душ и переоденется.

— О дьявол!

Запас готовых дров в подвале уже давно кончился. Ей придется так или иначе наколоть щепок.

Через десять минут она стояла на заднем дворе возле поленницы, стараясь справиться с застрявшим топориком.

— Ты меня не желаешь слушаться! — проворчала она, колотя по обуху молотком.

— У вас затруднение?

Джорджиана считала себя человеком, которого трудно смутить. Она ошибалась. Этот голос был ей знаком. И, надеясь, что еще не поздно скрыть, чем она занимается, она повернулась, пряча молоток и топорик за спину. Максим Дехуп! Проклятие!

На нем была замшевая спортивная куртка медового цвета — вполне по погоде. Винно-красный галстук съехал на сторону. Темная узорчатая рубашка.

Максим увидел на земле щепки — явные отходы ее неумелых попыток колки дров. Он чуть было не рассмеялся, но все же сдержался. К ее свитеру прилипли стружки, лицо раскраснелось, а вздернутый подбородок выглядел трогательно и забавно, так что обижать ее совсем не хотелось.