Как только сигарета поплыла в ее сторону, Джессика сделала вид, что ее вдруг потянула к воде, и неторопливо пошла купаться.
— Пойду, поболтаюсь немного в воде, — игриво бросила она Скотту. Чувствуя на себе его взгляд, Джессика сильней завиляла бедрами. Пусть Скотт видит, какая она. Пусть все видят!
Стоя у края воды, Джессика слышала обрывки фраз. Говорившие были уверены, что она их не слышит.
— Скотт любит молоденьких…
— С ними держи ухо востро. Раздразнят, а чуть тронь — за мамину юбку…
— Глядишь, недолго и за решетку, я вам говорю…
Хмурясь, Джессика шевелила пальцами ног во влажном песке. Выходит, ее уловки на них не подействовали. Все равно ее считают сопливой девчонкой. Ладно, ладно. Она им еще покажет! Да стоит ей только захотеть, она из этих парней веревки вить будет! Зачерпнув полную пригоршню гальки и мокрого песка, Джессика с самым невинным видом направилась к своему полотенцу.
— О, Скотт.. — сладко улыбаясь, Джессика спрятала руку за спину.
Скотт поднял глаза и посмотрел на нее из-под отяжелевших век. Марихуана делала свое дело. Шлепнувшийся на грудь мокрый холодный комок вмиг отрезвил его. Он вскочил на ноги и погнался за ней вдоль берега. Задыхаясь от смеха, Джессика ловко увернулась и с притворным визгом помчалась назад, обдавая его фонтаном брызг.
— Ах, ты маленькая… — прорычал Скотт, догнав ее. Сгреб в охапку и, не обращая внимания на ее судорожное барахтанье и пронзительные вопли, понес с пляжа.
— Скотт, — Джессика требовательно повысила голос, — куда ты меня тащишь? Отпусти сейчас же.
Она с надеждой поглядела назад через плечо, но никто из сидящих на пляже не выказал желания прийти ей на помощь. Род и «Бо Дерек» сами давно скрылись в лесу, а остальные пустили по кругу новую сигаретку и погрузились в сладкий дурман. Ну и пусть. Чего ей бояться? Для нее это всего-навсего забавная игра.
— Идем, — приказал Скотт, опуская ее на землю. В этом месте пляж кончался, дальше шел лес — Погуляем. Я тут знаю роскошное местечко. Мы там будем совсем одни. Чей-то лодочный домик. Хозяева приезжают сюда только летом. Мешать никто не будет.