Равенворт скользнул взглядом по светло-каштановым локонам Элли, с удовлетворением отметив отсутствие на них чудовищного, нелепого тюрбана. Грудь девушки украшала единственная строгая нитка жемчуга.

От его взгляда Элли почувствовала себя неуютно: она не любила, когда ее рассматривали так придирчиво и пристально. Прищурившись, она через головы стоявших рядом зевак уставилась куда-то в дальний угол бального зала. Все, что угодно, только бы не встречаться с парой серых глаз, внимательно изучающих каждую складку ее платья! При этом она невольно подумала о том, как красив Равенворт, каким мужественным выглядит его орлиный профиль. И еще подумала о том, что этот Законодатель Мод начинает, кажется, вытеснять в ее мыслях светлый образ майора Стоунсфилда… Вот чудеса-то!

Толпа, собравшаяся вокруг Элли и Равенворта, застыла в почтительном молчании. Вся сцена заняла лишь несколько секунд, но эти мгновения показались Элли вечностью. Она не удержалась от улыбки, заметив, как сидевший в оркестре скрипач, пользуясь паузой, быстро вытащил из кармана фляжку, глотнул из нее и так же быстро спрятал обратно.

— Прелестно.

Это единственное слово, произнесенное негромко и ласково, заставило Элли перевести удивленный взгляд на Равенворта. И тут же тишина растаяла, уступив место шелесту голосов, смеху и негромким возгласам:

— Прелестно! Прелестно!

Не в состоянии отделаться от мысли о том, насколько же все это глупо, Элли пристально смотрела в точеное лицо Равенворта.

А он внезапно наклонился к самому ее уху и негромко прошептал:

— Да, я согласен. Все это ужасно глупо.

Элли даже вздрогнула от неожиданности. Он что, еще и мысли умеет читать? А Равенворт тем временем громко сказал, обращаясь к собравшимся:

— Мои поздравления Азартному Игроку!

И учтиво поклонился Элли.

Она смутилась. Возможно ли, чтобы виконт, всегда и во всем привыкший быть победителем, так легко был готов смириться со своим поражением?