– Сэр Гайлс Стэверли и есть отец этой девушки? Не знаю ее имени. Кем он приходится Николасу Стэверли?

– Кажется, дядей, – ответил ее брат.

– Ну, конечно, я сейчас вспоминаю, как он говорил о своем дяде.

– Николас Стэверли – один из ваших поклонников, не так ли?

Изабель вздрогнула.

– Невозможный зануда, хотя, несомненно, достойный. Но сейчас меня не он заботит. Джастин, а правда... насчет этой девочки?

– Правда или нет зависит от того, что вам наговорили.

– Как вы можете жениться на той, кого никогда не видели? – спросил лорд Джиллинхэм. – Это пари просто смешно, вам не следовало принимать его.

– Уверяю вас, я должен был пойти на уступку, – сказал лорд Вулкан, растягивая слова. – Раньше я много у него выигрывал и хотел предоставить ему возможность взять реванш.

– В порыве щедрости, – саркастически заметила леди Изабель. – Вы завладели его состоянием, домом и дочерью! Вранье, Джастин. Слишком сомнительно, и вы не сможете заставить нас поверить в сказки, которые рассказываете о себе. Мы хотим знать правду. Наверняка вы вынашиваете план о том, как заполучить восемьдесят тысяч фунтов, не связывая себя с девушкой. Ну же, Джастин, скажите правду.

Лорд Вулкан улыбнулся.

– Мое воображение намного уступает планам, которые родятся в вашей прелестной головке.

– Значит, вы этого не отрицаете? – воскликнула Изабель, захлопав в ладоши. – О, Джастин, я чувствовала, что они ошибались, уверяя, что вы женитесь на этой девушке.

– Кто из вас видел мисс Стэверли? – спросил сэр Питер. – Леди Роксана утверждает, что ее лицо покрыто оспенными пятнами и она толстая, как корова из Джерси.

– А я слышал, что она еще и косит, – сказал ее брат.

– Но на самом деле, я думаю, что разговоры о ней – всего лишь пересуды. Никто в действительности не видел ее, как я понимаю, а Николас Стэверли, который мог бы нам рассказать о ней, выехал из города рано утром, сразу после дуэли.