— Ну да, самый подходящий уголок для вдовы с пятью детьми, — саркастически заметила Энни.

— Эй, ты же выиграла! Только это и считается! Поезжай туда и наслаждайся каждой минутой. Не отказывайся ни от каких процедур: массажа, пилинга, маникюра, педикюра и услуг косметолога. Тебя будут кормить, носить на руках, как ты этого заслуживаешь!

— Бьюсь об заклад, у них есть и занятия аэробикой для и без того тощих дам, которые живут на минеральной водичке и салатных листьях, — фыркнула Энни.

— И кому это нужно? Лучше займись медитацией. Или гай-цзи. И можешь смотреть на остальных женщин сверху вниз, потому что куда лучше их устроена в жизни. Пусть ты вдова с пятью ребятишками, но тебя любят и уважают, и, несмотря ни на что, ты довольна своей жизнью.

— Полагаю, что так, — кивнула Энни.

— Ты не уверена? — удивилась Лиззи. — Чего же тогда ты хочешь?

— Мне немного надоело быть просто вдовой Миллер — и ужасно надоело считаться среди здешних жителей идеалом матери и хозяйки. Я способна на большее и знаю это.

— Да ну? А я всегда считала, что ты счастлива! — пролепетала Лиззи.

— Была. И есть. Но мой муж умер. Старший сын осенью уедет в колледж. Еще три года — и Энни тоже уедет. Через десять лет у меня останется один ребенок. Мне пойдет шестой десяток. И что останется, когда Уиллс уедет? Одна, в большом доме, который постоянно требует ремонта. И никакой личной жизни.

— Я никогда не рассматривала это с такой точки зрения, — поразилась Лиззи.

— Конечно, нет. У тебя прекрасная карьера и деловая репутация. Профессия в отличие от детей тебя не покинет. Понимаю, что так должно быть, но мне от этого не легче.