— Возможно, но поскольку мы открылись менее года назад и еще ни одна компания, воспользовавшаяся нашими услугами, не составила годовых отчетов, у нас нет возможности получить подобные данные. Однако у меня сложилось впечатление, будто я не совсем верно истолковал наши цели. Мы не ставим себе задачу конкретно увеличить доходы фирм-клиентов, мы стремимся улучшить и разнообразить жизнь их служащих, как на работе, так и вне ее.

— Заставляя их играть в игры? — требовательно спросила Дорис, глядя ему в глаза.

— Видите ли, это общеизвестный и принятый факт, что дети, лишенные возможности играть, в гораздо большей степени склонны превратиться в людей с тяжелым неуживчивым характером. Мы же хотим научить людей гармоничному сотрудничеству, научить их бороться со стрессами современного существования.

— Но вы все же признаете, что не можете подкрепить свои заявления конкретными фактами, — упрямо настаивала Дорис, сопротивляясь холодному взгляду серых глаз, столь непохожему на тот теплый, заинтересованный взор, которым этот мужчина рассматривал ее несколько часов назад...

Впрочем, небольшая поправка: не живой мужской интерес, а интерес, с которым, как ей казалось, он ее рассматривал. Точно так же как и его заявления в этот вечер, эта теплота, этот интерес были до последней капли лживыми.

— Разве это признание? По-моему, я всего лишь поправлял ваше... э-э... не совсем верное истолкование моих слов.

Мужской смех, раздавшийся как бы в поддержку его комментария, заставил Дорис вспыхнуть, но она не собиралась так легко сдаваться и уж, конечно, не собиралась поддаваться ложной симпатии, мелькнувшей в глазах Смайлза.

— У вас нет реального доказательства, что в вашей работе, в предлагаемых вами курсах содержится хотя бы некое подобие истинной выгоды, помимо выгоды для вашего текущего счета.