Однако вместо этого Уиллоу повернулась к Дункану и широко улыбнулась:

– Спасибо, Дунки, но, боюсь, как бы мои чересчур низменные инстинкты не оскорбили твою… гм… нежную душу.

Казалось, сам дьявол смотрит на нее, усмехаясь зелеными глазами.

– Это очень благородно с твоей стороны, Уиллоу Фостер, – протянул Дункан, небрежно закинув руку на спинку скамьи и опуская ладонь на плечо Уиллоу. – Спасибо, что решила пощадить мою невинность.

Другой рукой он слегка пододвинул к ней бокал с янтарной жидкостью.

Уиллоу вспомнила, как восемнадцать месяцев назад в последний раз пила виски с Дунканом Россом. Как раз в тот день он подписал документы, делающие его владельцем небольшого, безнадежно убыточного бара «Брось якорь», и они все долго и весело праздновали это событие, а наутро Уиллоу, к собственному ужасу, проснулась в доме Дункана, в постели хозяина, чувствуя себя к тому же на удивление счастливой.

Не дав ей опомниться или хотя бы отыскать разбросанную по всей комнате одежду, Дункан тут же начал строить планы их будущей совместной жизни, не обращая ни малейшего внимания на молчание ошеломленной Уиллоу. Единственной проблемой, впрочем, вполне разрешимой, было, по мнению Дункана, то, что ее работа находится в двух часах езды от его дома…

– Рада, что ты правильно меня понял, – ухмыльнулась она, потрепав его по руке. – Гораздо лучше остаться добрыми друзьями. – Уиллоу поднесла бокал к носу, понюхала напиток и опять подняла глаза на Дункана. – Натуральный солод, – со знанием дела констатировала она. – Пятнадцать или двадцать лет выдержки.

– Тридцать, – мягко поправил он и подтолкнул руку Уиллоу, понуждая ее сделать глоток. – Я долго ждал, пока это виски прибудет сюда. Хотелось бы услышать, стоит ли оно того.

Уиллоу сделала маленький глоток и, перед тем как проглотить, несколько секунд подержала напиток во рту, как учил ее Дункан.