— Это необыкновенно! Мистер Раш… Джереми, я очень рада быть у вас в гостях. За вас и ваш необыкновенный дом. За вас, Герти.

Герти опять присела, Раш чокнулся с Лили, и они выпили.

Потом она ела, внутренне ужасаясь своей неприличной прожорливости, а Раш развлекал ее разговором. Лили смеялась, кивала, вполне к месту говорила «да-да» и «нет-нет», а сама неотрывно думала о том, что принцессы так себя не ведут. Принцессы питаются лунным светом и нектаром, не ходят, а скользят, остроумны и очаровательны, и, стало быть, всему этому надо немедленно учиться, потому что ей очень нравится этот бледный грустный мужчина, и никакого значения не имеет то, что он сидит в этом чертовом кресле…

— Лили, вы совсем засыпаете. Герти проводит вас в ваше крыло. В вашем полном распоряжении спальня, гостиная, кабинет и ванная. Там есть отдельный вход, он ведет в сад. У меня неплохая система безопасности, но в любом случае в этих местах нет чужаков, так что спите спокойно, и пусть вам приснятся хорошие сны. Завтра мы сможем наговориться вдоволь.

Она смущенно и неловко поблагодарила своего тактичного и вежливого хозяина, а он в ответ поймал ее руку и легко поцеловал кончики пальцев. Лили вспыхнула. Почему-то поцелуй Раша произвел на нее умопомрачительное впечатление. Словно кости во всем теле расплавились, а кровь превратилась в жидкий огонь. Никогда за свои двадцать пять лет Лили Норвуд не испытывала ничего подобного в присутствии мужчины и понятия не имела, что с этим делать.

Она попрощалась и отправилась за Герти. Та привела ее в комнату, о которой можно сказать только одно: это мечта. Здесь было все, что может пожелать молодая женщина. Белоснежная кровать с кружевным пологом, изящное трюмо с туалетным столиком, маленький камин и кресло перед ним, пухлая скамеечка для ног, узкий и высокий книжный шкаф, заставленный старинными книгами в кожаных переплетах, симпатичная фарфоровая кукла в немыслимых кружевах, задумчиво смотревшая на веселый огонь в камине…