Он сказал, что приехал в Блоссом отдохнуть. Зная его, Лекси сомневалась, что он взял отпуск по собственной инициативе.

Она снова взглянула в лицо Камерону — прямо на нее были устремлены его невинные голубые глаза.

— Ну и как я?

— Что? — пробормотала Лекси. В горле у нее пересохло.

— Ты смотрела на меня, — сказал Камерон.

— Ничего подобного. — Лекси тряхнула головой. — Я собиралась тебя разбудить. Ты спал как убитый.

— Я не спал, — возразил Камерон, пожав плечами. — Просто отдыхал.

Он выключил телевизор.

Лекси поборола искушение спросить его, почему у него тени под глазами. В конце концов, это не ее дело.

— Ну что, леди, вы уже накрыли на стол? — спросил Камерон, и в его ярких глазах вновь загорелся озорной огонек.

— Не думай, что у нас в коттедже ты заведешь те же порядки, — ядовито ответила Лекси и, развернувшись, прошла в столовую.

— Если твои кулинарные способности остались на том же уровне, то я просто не переживу таких порядков в нашем коттедже, — негромко сказал Камерон ей вслед.

Лекси решила не обращать на него внимания и широко улыбнулась бабушке, войдя в столовую. Пусть это будет мирный ужин — ради Иды.

К сожалению, Ида немедленно начала расспрашивать Камерона о его жизни на Ближнем Востоке. Эта тема разбередила старую душевную рану Лекси. Она решила не вникать в суть разговора и стала сосредоточенно поглощать пищу.

— Лекси!

От неожиданности Лекси чуть не уронила вилку прямо на китайскую тарелку, из которой ела.

— Прости, Ида. Ты что-нибудь сказала?

— Я счастлива, что вы оба снова здесь.

Ее теплый взгляд остановился по очереди на внучке и на Камероне. Она отложила вилку и протянула к ним руки. Оба подчинились, положив свои ладони в Идины скрюченные, но все еще крепкие пальцы.

— Я хочу попросить вас обоих об одолжении.