— Конечно, для ребенка было бы лучше, если бы он знал своего отца, — согласилась она и тут же спохватилась. — Что я говорю? Камерон, это просто смешно. Я не видела тебя тысячу лет. Не понимаю — у меня все было спланировано…

— В твоих планах кое-чего не хватало. Отца, например.

— Но у ребенка будет мать… — начала Лекси, стараясь не сдавать позиций. Ее сердце колотилось так, что она едва могла соображать.

— Любому ребенку нужен отец, — возразил Камерон. — Поверь мне.

Несколько секунд Лекси молчала. Камерон был прав.

Она тяжело вздохнула. Если у них с Камероном будет общий ребенок, они будут встречаться. Больше никогда их не разделят пять одиноких лет.

Она глотнула остывший кофе, надеясь, что это поможет ей собраться с мыслями. Предложение Камерона привлекало ее. И пугало. Она снова поставила чашку и до боли стиснула руки.

— Давай говорить начистоту, — сказала она негромко, избегая взгляда его голубых глаз. — Ты предлагаешь стать отцом моего ребенка, без всяких обязательств, кроме обоюдного соглашения насчет твоих посещений.

— Правильно. Ты ничего не требуешь от меня. Я ничего не требую от тебя. — Он пожал плечами. — И никаких душевных терзаний и разбитых надежд.

В прошлом они столкнулись и с тем и с другим. Снова быть с Лекси, обнимать ее, но уже без этих мучений — это было бы раем!

— Никаких эмоций, — задумчиво повторила Лекси. Она облизнула губы. Эмоции уже захлестывали ее вовсю: чего стоила одна мысль о том, что она будет носить под сердцем его ребенка! Неужели это возможно? Она посмотрела на Камерона.

Как легко было ему отказаться от «эмоций»! Она представила, как прижмет к себе его ребенка, возьмет его на руки, будет любить эту миниатюрную копию Камерона. И ей захотелось этого — отчаянно и безрассудно. *

— Ты хорошо все обдумал? — спросила она. Ей хотелось насладиться этой мыслью — до того как он передумает.