Стефани скорчила гримасу.

— Никак не можете смириться?

— С чем?

— С тем, что на свете существуют женщины, способные перед вами устоять?

На губах Честера вновь заиграла улыбка, серые глаза словно засветились изнутри.

— Это что, вызов?

— Ничуть не бывало! — Стефани откровенно досадовала, что позволила втянуть себя в словесную перепалку. — Я ведь уже говорила, что пришла сюда работать, а не флиртовать с вами!

— Вот не припомню, чтобы слышал нечто подобное. По крайней мере, прежде вы не выражались столь определенно. — Теперь он уже откровенно смеялся, и около глаз образовались забавные морщинки. — Вы очаровательны, Стефани! И строгость ваша мне по душе. Но могу поклясться, по натуре вы мягкая и нежная. Интересно было бы увидеть вас такой…

— Если и есть другая Стефани, то не про вашу честь! — Она понимала, что зарвалась, но ничего не могла с собой поделать.

— А это уже самый что ни на есть откровенный вызов! — Честер на мгновение замер, затем добавил сухо и отчужденно: — Не забудьте прибраться на столе, когда будете уходить.

— Это в моих правилах! — процедила сквозь зубы Стефани, взбешенная до предела.

— Тогда все в порядке.

Она вся кипела от негодования, допечатывая главу, в то время как Честер с невозмутимым видом просматривал какие-то бумаги. Краем глаза Стефани видела его: темноволосая голова склонилась, сильная рука поигрывала «паркером» с золотым пером. Похоже, он напрочь позабыл о ее существовании. Позабавился вдосталь, а теперь вернулся к куда более важным делам. Ну что ж, пусть хоть сквозь землю провалится!

Закончив работу, Стефани сначала решила уйти не прощаясь, но потом посчитала, что это будет чересчур глупо, и пробормотала:

— До свидания.

Честер поднял голову, и свет настольной лампы упал на его смуглое лицо. Стефани показалось, что у него на языке вертится какой-то вопрос, но он не решился его задать.