– Сочувствую. Давно?

– Шесть лет...

Они замолчали в попытке сгладить неловкую паузу.

– А у тебя? – задала вопрос Лиля, решив, что теперь тоже имеет право на откровенность собеседника.

– Нет, со мной все иначе! – отозвался парень. – Мой дядя, знаешь ли, главный онколог города – во как! Все равно тебе растреплют, так что лучше узнай лично от меня.

– И ты не стал врачом? – удивилась девушка.

– Знала бы ты, через что пришлось пройти! – рассмеялся Леша, и от его былой угрюмости не осталось и следа. – Предки-то мои тоже медики, так что можешь себе представить! Но у меня, первого в роду, не лежит к этому душа. Зато я обожаю физику и всякую технику, так что мы пришли к своего рода компромиссу... Значит, ты со Стариком на короткой ноге?

– Со ста... А, нет, это моя бабушка – они с Никодимом Ивановичем старые знакомые.

– Поня-а-атно, – протянул Леша. – А то ведь сюда кого попало не берут – место блатное, хотя, честно говоря, не понимаю, что тут такого хорошего!

– Ну, помещение классное, например! – заметила Лиля, с восхищением глядя по сторонам. – Все такое...

– Пластиковое? – с усмешкой подсказал новый знакомый.

– Да нет же – красивое, чистенькое, блестящее!

– Это да, – вздохнул Леша. – Только вот наши пациенты не имеют возможности всем этим наслаждаться – не до того им. Да и все остальное оставляет желать лучшего: медикаменты поставляют в недостаточном количестве, да и те приходится добывать с боем, как во время войны. Аппараты закупили вроде бы новейшего образца, да вот только работать на них наши врачи либо не умеют, либо не хотят...

– Как это – не хотят?

– Боятся.

– Чего боятся-то?

– Ну, радиации там, излучения – короче, стараются лишний раз не подходить. Особенно один агрегат – его уже четыре месяца как привезли, а он все стоит, нераспакованный, в подвале.