К ее радости, все обошлось, и в зеркальном лифте она смогла пригладить волосы и внутренне собраться.

Как она выглядела, когда он увидел ее в первый раз и начал охоту на нее? Наверно, сейчас она смо­жет выглядеть так же. Так, будто ей нравится ее насыщенная жизнь и она не увлечена никаким мужчиной, пусть даже это известный греческий миллиардер.

Проблема в том, что все изменилось. Менялись люди, с которыми имел дело Ксандрос. У него был дар превращать женщин в своих рабынь, и потом он оставлял их. Наверно, ее он тоже презирает, ведь у нее совсем не осталось гордости.

Двери бесшумно открылись, и она уже могла слышать его голос из гостиной. Это был самый необычный голос, который Ребекка когда-либо слышала, — мягкий, глубокий, опасный. Он гово­рил по-гречески, но потом резко перешел на английский. Она неслышно пошла в его сторону.

Он сидел у окна, выходящего на Гайд-парк. Белая шелковая сорочка контрастировала с его темной кожей. Капли воды в темных волосах бле­стели, словно бриллианты.

— Скажи им «нет», — говорил он, — скажи им... — В этот момент он заметил ее, потому что поднял взгляд от документа, который просматривал. Он несколько секунд изучал ее, а потом улыбнулся своей плотоядной улыбкой. — Скажи, что им при­дется подождать, — мягко закончил он и отключил­ся, не попрощавшись.

— Ребекка, — пробормотал он, — моя Ребекка. Обычно его нежные слова заставляли ее дро­жать, но только не сегодня.

— Привет, Ксандрос, — спокойно отозвалась она.

Он прищурился и, откинувшись на стуле, про­должал изучать ее.

 — Прости, что сам не смог заехать за тобой — возникли неотложные дела.