– Прежде чем ты начнешь работать со скотом или ловить мустангов, тебе надо будет объездить несколько лошадей на Лэддер-Эс, – сказала Элисса, нарушив молчание и как бы размышляя вслух.

– А они что, попорчены?

– Некоторые да, но большинство просто остались необъезженными после того, как работники стали уходить от нас.

– Стало быть, сейчас они где-нибудь носятся вместе с мустангами.

Элисса вздохнула.

– Да, наверное.

– А когда стали уходить работники?

– Весной, в перегон.

– Перед клеймением? – догадался Хантер.

– Откуда ты знаешь?

– Угонять неклейменую скотину гораздо легче.

Элисса печально вздохнула.

– Ты уверена, что именно Калпеппер подогревает здешние страсти? – спросил Хантер.

– Несколько раз Мак упоминал именно это имя.

Элисса невесело сжала губы, вспомнив про Мака. Он был частью ее детства.

"Сначала мать. Потом отец. Теперь Мак.

Слава Богу, похоже, Пенни справилась со своей лихорадкой, она ее просто измучила. Я не вытянула бы Лэддер-Эс в одиночку".

– А другие есть? – спросил Хантер.

– Другие кто? – посмотрела на него Элисса.

– Да Калпепперы.

– А, – нахмурилась девушка, пожав плечами. – Со слов Мака я так и не поняла – сам-то Эбнер здесь или скоро появится. Он возникает и исчезает совершенно незаметно.

«Аминь, – с иронией подумал Хантер. – Этого парня так же трудно уловить, как болотный газ».

– Хорас и Гэйлорд, – медленно продолжала Элисса, – Мак говорил мне – они здесь постоянно. Другие скоро подтянутся. Судя по слухам, они где-то на востоке. Где-то здесь, в Роки-Маунтинз.

Губы Хантера скривились в свете фонаря, и эту гримасу трудно было назвать улыбкой.

– Может быть, – сказал Хантер, – а может, некоторые из этих Калнепперов уже нашли свою могилу но дороге в Колорадо.