— Вы должны понять, что я хочу продать ранчо как можно быстрее, — настаивала Джанет. — Мне нужны деньги, я собираюсь уехать из страны.

Вот это новость! Она уезжает. Но почему так торопится? А где будут жить они с братом? Ведь это ранчо — единственное, что у них осталось. Разве ей безразлична их судьба? Ведь она всегда уверяла отца, что любит их как родных.

— Миссис Коллинз, обещаю вам сделать все возможное, но и вы поймите, что не все зависит от меня, рынок насыщен. Если только вы согласитесь снизить цену, тогда…

Никаких снижений! — отрезала Джанет. Потом чуть смягчила тон и прибавила: — Пожалуйста, постарайтесь. И держите меня в курсе дела. Договорились?

— Разумеется, можете не беспокоиться.

— Итак, жду! — Прежний, высокомерный тон вернулся к ней. — И еще…

Лайби не стала больше слушать и поспешила уйти, чтобы ее не увидели. Девушка зашла в дом и увидела в окно, как отъезжает агент. Вслед за ним и Джанет укатила на своем новеньком «мерседесе». Ей казалось, что у нее разорвется сердце от неожиданного горького открытия: мачеха продает дом, не сказав им ни слова, а это означает, что они с братом окажутся в ближайшее время на улице.

Ей нужно срочно с кем-нибудь посоветоваться. Конечно же с Джорданом Пауэллом, он всегда относился к ним хорошо, особенно после скоропостижной смерти отца. Он посоветует как поступить. Единственного транспорта Лайби, пикапа, не было на месте, и она решила идти пешком. Красивый дом Джордана, выстроенный в испанском стиле, находился всего в пятнадцати минутах ходьбы от их ранчо.

В отдалении виднелись темно-красные сараи, в которых содержался племенной скот. Говорили, что один из быков Джордана стоил около миллиона долларов. У Пауэлла была даже лаборатория по искусственному осеменению скота и банк спермы, которую он продавал скотоводам. Покупатели приезжали к нему толпами. Такая популярность объяснялась тем, что у него на ранчо не использовались химические препараты для подкормки скота, поэтому мясо с его ферм считалось высококачественным.