– А что он вообще говорит, этот парень? – преодолевая непонятную неловкость, спросила она. – Ну, кроме того, что хочет меня видеть?

Впрочем, смятение, которое испытывала сейчас Люся, было вполне объяснимым. Ведь никогда раньше ей не приходилось попадать в такую ситуацию, когда от нее зависела жизнь другого человека.

– Сам-то он ничего не говорит, – вздохнул Андрей. – Стоит у самого края крыши. Ему сказали, что ты – то есть вы… – поправился спасатель, но Черепашка перебила его:

– Лучше «ты». Мне так привычней, ладно?

Андрей согласно кивнул и продолжил:

– Так вот, ему сказали, что ты согласилась приехать, и теперь он ждет. Может быть, и не верит… – пожал плечами Андрей. – А мать его рассказала, что его… кстати, этого парня Женей зовут… Короче, этого Женю бросила девушка. Он якобы ее безумно любит, и все такое… А девушка эта – твоя фанатка. И она поставила Жене условие, что если ты к ней придешь, то она его не бросит… По-моему, так. Хотя, возможно, я и напутал что-то.

– Бред какой-то, – тряхнула головой Черепашка, и от этого резкого движения ее очки в массивной оправе съехали на самый кончик носа. Привычным движением указательного пальца Люся отправила их на место.

– Бред не бред, – снова вздохнул Андрей, – а человек на краю крыши стоит.

И Черепашка уловила в его словах легкий оттенок осуждения.

– Я-то думала, он сам мой фанат… Вернее, мне так по телефону сказали… – принялась оправдываться Люся, хотя этого вовсе и не требовалось. Окончательно смутившись, она запустила руки в свои коротко, почти «под ежик», остриженные волосы и уставилась в окно.

– Он там какое-то письмо тебе написал, – будто бы не замечая состояния девушки, снова заговорил спасатель. – Психолог и так и эдак его обрабатывал. Клялся, что передаст тебе, но он и слушать ничего не желает. Хочет лично убедиться, что письмо попало тебе в руки. Такая вот история.

Чтобы не сказать чего-нибудь лишнего, Черепашка решила на этот раз промолчать. Да и что тут скажешь?