Ваши требования выходят за всякие рамки. Не только модели так считают. – Молли начала загибать пальцы. – Вы требуете лимузин, в котором постоянно ездите. Водителя, которого знаете. Частные самолеты, а не чартерные рейсы, пусть даже первым классом. Потом вы отказываетесь от номера в лучшем отеле Нью-Йорка, предпочтя квартиру на побережье… – Молли зыркнула в сторону Джемаймы. – Вы не Грета Гарбо, Джемайма. Проснитесь и взгляните правде в глаза.

О нет! Эбби уронила голову на ладони.

– Отлично! – разозлилась вдруг Молли. – Не слушайте наших советов. Посмотрим, где вы закончите.

– Я плачу вашей компании кучу денег за раскрутку и анализ результатов, – холодно отрезала Джемайма. – И я никого не держу.

Молли резко поставила на стол бокал с «Маргаритой», так что несколько капель пролилось на отполированный до блеска стол. Эбби тут же промокнула их салфеткой. Ни Молли, ни Джемайма даже не заметили этого.

– Хорошо, я скажу вам правду, раз уж никто не может этого сделать, – с жаром заявила Молли. – Ваш агент боится, что вы ее уволите, как предыдущего. А ваша сестра относится к вам с детским восторгом. Бог знает почему. – (Янтарные глаза Джемаймы при этих словах вспыхнули.) – Когда Белинда искала новое лицо для своей компании, всем сказали, что хотят девушку из города. Больше никаких элегантных тощих моделей. И никаких недосягаемых звезд. Они хотели обычную девушку, у которой есть семья и друзья. И я рассказала им о вас.

– Спасибо.

– Я подумала, это напомнит вам кое-что. Когда вы получили тот контракт, то полностью заняли свой рабочий график. Сейчас нет. Могу поклясться, что люди в «Белинде» начинают это замечать.

Разве Джемайма не знала, что Мадам сидит в Дорчестере, как черная вдова, и ждет ее, чтобы переломать все кости?

Джемайма поджала губы, но смолчала.

– Жалеете себя? – с отвращением произнесла Молли.

Джемайма встретилась с Эбби взглядом. В них отражались всего два слова: «Я сдаюсь». Девушка встала.