– Садитесь, мисс, – проворчал Харрис, распахивая перед ней дверцу экипажа. Казалось, он был чем-то недоволен.

Джоанна села. Но не успел ее спутник захлопнуть дверцу, как она схватила его за руку.

– Харрис, у меня к тебе просьба… Если ты, конечно, не возражаешь.

Кузнец смягчился и с ласковой улыбкой проговорил:

– Миледи, я сделаю для вас все, что в моих силах.

Мысленно возблагодарив Господа за преданность людей, служивших Хоукфортам, Джоанна сказала:

– Отвези меня домой, а потом поезжай к особняку маркиза. Посмотри, нет ли признаков того, что маркиз собирается покинуть его.

Болкум молча кивнул и, отступив на шаг, захлопнул дверцу. Через несколько секунд экипаж покачнулся – кузнец занял свое место на козлах, и колеса застучали по мостовой. Откинувшись на кожаные подушки, Джоанна тихонько вздохнула и прикрыла глаза.

Утро окончательно вступило в свои права, когда Харрис привез Джоанну в Мейфэр

– Добро пожаловать домой, миледи, – проговорила экономка с совершенно невозмутимым видом. – Надеюсь, все сложилось удачно?..

– Во всяком случае, это было весьма поучительное зрелище, – сказала Джоанна, протягивая экономке перчатки и ридикюль. – Теперь я, кажется, окончательно поняла значение слова «избыток». Что же касается вечера в Карлтон-Хаусе…

Джоанна внезапно умолкла; она вспомнила огромный корабль – таинственный акорский корабль, стоявший в лондонском порту.

Заметив, что Малридж вопросительно смотрит на нее, Джоанна невольно улыбнулась. Экономка всегда оставалась самой собой – то есть была немногословной и сдержанной, временами даже казалась суровой, но при этом, являлась добрейшей из женщин. Джоанна понятия не имела, сколько Малридж лет. За долгие годы службы у Хоук-фортов экономка ничуть не изменилась – те же черные волосы, то же строгое платье и всегда плотно сжатые губы. Улыбалась она крайне редко, но Джоанна прекрасно знала: в случае необходимости Малридж всегда придет на помощь.