Впрочем, ни один камень не был достаточно хорош для того, чтобы воплотить его образ. От него исходила необыкновенная жизненная сила – мужская сила, и Джоанна мгновенно это почувствовала. Сначала она видела лишь его профиль; когда же он, наконец, повернулся, заметила, что лицо у него бронзовое от загара, а черные брови похожи на крылья, распростертые над глазами, взгляд которых сразу же выдавал охотника.

В отличие от большинства мужчин, облаченных в соответствии с модой в невероятно пестрые костюмы, он был во всем черном – лишь на манжетах виднелись белые кружева. И эти кружева удивительным образом подчеркивали его мужественность. Высокий и широкоплечий, он был выше остальных мужчин, держался с непринужденной грацией. В зале собралось немало представителей знати, но всем им – в том числе пухловатому принцу и его друзьям, французским изгнанникам, – было далеко до него.

Он казался совсем другим. И вероятно, не имел с собравшимися ничего общего.

«Однако он тоже англичанин», – тут же напомнила себе Джоанна.

Внезапно он улыбнулся, и она увидела рядом с ним молодую женщину, очень красивую брюнетку, в алом шелковом платье-тунике с низким вырезом – этот фасон довольно удачно подчеркивал изящность ее фигуры. Джоанна сразу же вспомнила имя брюнетки – леди Элеанор Ламперт. Леди Лампер так настойчиво добивалась своей цели, то есть богатства, что стала любимицей всего общества. Капризного общества, конечно же, весьма… «Впрочем, лучше обратить внимание на мужчину», – решила Джоанна.

А еще лучше – подойти к нему. Но это было не так-то просто, потому что его окружала целая толпа прихлебателей и лизоблюдов, умудрившихся пробраться даже сюда.