— Кричите, если что-нибудь увидите, — сказал человек у румпеля.

Ева схватилась за планширь и стала всматриваться в мерцающую черноту. Луна разбрасывала серебряные монеты по широкой дорожке, проложенной среди волн. Маленькая лодка прыгала и вертелась в бушующем море, но крышка люка не шла с ней ни в какое сравнение.

Ева судорожно втянула воздух в легкие.

Ей не давала покоя дюжина вопросов. На какое время может задерживать дыхание человек? Что такое один нож в сравнении с целой пастью острейших зубов? Разве не безумие сражаться с акулой в подобных обстоятельствах?

У нее был ответ только на последний вопрос.

Ева провела пальцем по нижней губе, все еще чувствуя крепкий соленый поцелуй с привкусом прощания.

— Храбрый безумец, — пробормотала она. — Храбрый безумец, черт бы его побрал!

Глава 3

Он ощущал сильную боль в груди. Легкие горели от недостатка воздуха. Остаток бережно расходуемого кислорода давно уже улетучился, поднявшись крошечными пузырьками и пощекотав ему щеку на прощание. Барабанные перепонки могли вот-вот разорваться. Он боролся с диким желанием сделать вдох, устремляясь к далекому свету вверху.

Акула мертва.

«Будь я проклят, если теперь утону!»

Его сердце бухало в груди, словно кузнечный молот.

Далеко ли еще?

Его руки и ноги двигались все медленнее. Он не мог заставить их… не мог…

Он потерял нож. Он не помнил, как это произошло.