При этом Кингстон спокойно говорил:

— Вы начали работать на Джастина сразу после окончания школы? Слишком много времени ему понадобилось, чтобы понять, что вы — женщина его мечты. Произошло это почему-то после того, как на вас свалились деньжата, ведь так? Интересно — вы вложили деньги в компанию по велению сердца или жених подсказал?

Больше всего Мелани хотелось расплакаться, но, собрав волю в кулак, она лишь возмутилась:

— Да как вы смеете считать, что Джастин женится на мне из-за денег? Он сделал мне предложение, когда о них никто и слыхом не слыхивал!

Наследство, полученное приемышем на двадцатитрехлетний день рождения, стало сюрпризом для всех. Родители Мелани отказались взять хотя бы шиллинг из этих денег и предоставили старшей дочери полное право распоряжаться ими по своему усмотрению. Так Мелани и поступила.

— Свадьба должна состояться в субботу, если не ошибаюсь? В ваш день рождения — двадцать пять лет, не так ли?

Глаза Мелани расширились от изумления. Девушка вырвала руку и в ярости стиснула кулаки, так что костяшки побелели. Кингстон слишком далеко зашел в исследовании ее семьи. Что он еще может знать? О Господи, молила Мелли, пусть эта пытка кончится!

— Да! — отрезала она.

Энтони не смутил лаконизм ответа. Откинувшись на спинку стула, он хладнокровно продолжал:

— Всего четыре дня — и прозвучит: «…пока смерть не разлучит вас…». Немудрено, что вы несколько… возбуждены в ожидании церемонии венчания! Удивляюсь, зачем вы поехали сюда. Или решили расслабиться — предсвадебное волнение и все такое?

Мелани вздернула подбородок и в упор посмотрела на собеседника. Зеленые глаза ее горели ненавистью. Медленным движением девушка подняла бокал и отпила большой глоток. Губы Энтони изогнулись в тонкой усмешке.

Все, достаточно, сыта по горло его издевками, игра зашла слишком далеко. Прикрыв глаза, Мелани осушила бокал. Напиток показался поистине божественным, словно она пила солнечный свет и тепло, ощущая восторг каждой клеточкой своего тела.