Девушка даже не заметила, когда она успела встать со стула. Тело помимо ее воли пришло в движение, приготовившись не то к обороне, не то к бегству. Смягченный вариант ответа, похоже, лучше донес до сознания Рика смысл ее предложения.

Обветренное смуглое лицо мужчины казалось высеченным из гранита. Гнев окрасил его скулы румянцем, заметным даже под темным загаром.

Однако Рик хранил ледяное молчание, и Ли знала, что он не сорвется.

— Я загляну к Бобби перед тем, как лечь спать.

Спокойной ночи.

Повернувшись и обогнув кресло. Ли с этими словами покинула кабинет. Она старалась идти ровной походкой, хотя колени у нее подгибались, а ноги вдруг сделались тяжелыми и ослабели.

Она выполнила свою задачу, и, если не считать концовки, справилась с ней неплохо. Разговор удалось пережить, а главное — Рик не заподозрил ее истинных чувств как в отношении развода, так и его самого.

Ей захотелось немедленно обнять Бобби. Ли торопливо зашагала через холл, направляясь в спальное крыло большого одноэтажного дома — типичного для техасских ранчо. Детская располагалась рядом со спальней хозяина и сообщалась с ней внутренней дверью.

Ли никогда не делила с Риком ни супружеской спальни, ни тем более постели. Он не предлагал этого, и она молчала. Девушка выбрала себе комнату по другую сторону от детской, чтобы всегда быть рядом с Бобби. Рик прорубил в стене, смежной с детской, внутреннюю дверь.

Стоило Ли проскользнуть к Бобби, как тоска нахлынула на нее с новой силой. Вначале ей и в голову не приходило разделить комнату и постель вместе с Риком. Смерть Рэйчел была слишком свежа в памяти, а утрата невыносимо тяжела для обоих. Сам факт скоропалительной свадьбы уже считался скандальным.

Но месяцы сменяли друг друга, не принося ни малейшей надежды на возможность сближения, и Ли повторяла себе, что на большее ей рассчитывать не приходится. Фактически их связывал только ребенок, несмотря на свидетельство о браке и общую фамилию.