Одевался он в строгие, отлично сшитые костюмы светлых тонов, никогда не забывая засунуть платок в нагрудный карман пиджака, причем платок этот был непременно подобран под цвет галстука. И этот контраст его внешнего облика элегантного бизнесмена средних лет и порой откровенно мальчишеского поведения составлял едва ли не главную – и самую привлекательную черту! – его характера.

Разговор между ним и его секретаршей Глэдис происходил в офисе корпорации на сорок девятом этаже, с которого открывался великолепный вид на залитый огнями вечерний Торонто, раскинувшийся на берегах знаменитого озера Онтарио, неоднократно воспетого в романах Фенимора Купера. Была предрождественская неделя, и над городом уже несколько часов подряд кружила легкая декабрьская метель.

– Прошу тебя, Глэдис, не упрямься, – присев на край ее рабочего стола, убеждал Брайан, постепенно начиная горячиться. – Ты же знаешь, что это всегда помогает мне расслабиться в конце рабочей недели!

– Однако ты не выглядишь настолько изможденным, чтобы тебе срочно потребовалось расслабляться прямо на рабочем месте, да еще за два часа до окончания рабочего дня, – не глядя на шефа, ответила секретарша, с нарочитым усердием перебирая деловые бумаги. – Кроме того, и я тебе уже неоднократно об этом говорила: то, что обычно расслабляет мужчин, иногда слишком будоражит женщин!

– На этот раз все будет иначе… Обещаю!

– О Боже! Неужели ты так и не угомонишься, пока я не соглашусь?

– Ты и сама прекрасно знаешь ответ на этот вопрос, тем более что работаешь у меня уже целых три года! Ну пожалуйста, Глэдис!

Секретарша тяжело вздохнула и нехотя поднялась из-за стола. Приняв ее вздох за знак согласия, Брайан с радостью взглянул на бледное, слегка осунувшееся лицо Глэдис, после чего соскочил на пол.

Теперь, когда они стояли рядом, было видно, что секретарша ниже своего шефа на целую голову. Невысокая, но замечательно стройная, она словно бы нарочно одевалась так, чтобы максимально скрыть достоинства своей фигуры. Сейчас на ней были черная шерстяная юбка до самых лодыжек и просторный серый свитер домашней вязки, высокий ворот которого доходил до ее нежного подбородка.