Глэдис неоднократно намекала Эдвину, что не прочь родить ему детей. Но также ясно давала понять, что не намеревается ублажать его в постели и будет только рада, если он найдет себе любовницу и плотские потребности станет удовлетворять с ней.

Эдвина вполне устраивали эти условия. Они ему даже нравились.

Вступив в такой брак, я сохраню личную свободу, довольно размышлял он. А мне она очень дорога.

На следующий же день Эдвин просмотрел свои рабочие планы и решил, что через месяц отправится по делам в Солт-Лейк-Сити. А заодно и нанесет визит Хилари Уинтон.

Предложу ей хорошие деньги, подумал он. Интересно, какой она стала по прошествии стольких лет? Теперь ей уже не семнадцать, а целых двадцать два… Изменилась ли? Повзрослела? Надеюсь, ей польстит тот факт, что я лично занялся урегулированием этого вопроса… Он покачал головой, злясь на самого себя. Почему это так волнует меня? Я должен добиться единственного: вернуть семье имение Мириам. Любование прелестями Хилари Уинтон не входит в мои планы!

Домик в Майами-Бич! — мечтательно глядя в пустоту, подумала Хилари. Собственное жилище в расположенном на островах пригороде Майами! Атлантический океан! Море солнца и тепла…

— Ты наверняка продашь завещанный тебе старушкой коттедж, — заметил тридцатипятилетний Освальд Малэй, двоюродный брат Хилари. — И сможешь получить за него кругленькую сумму. Хоть дом старый и маленький, как ты говоришь, но находится в Майами-Бич! Покупателей на него найдется сколько угодно.

Наконец-то я увезу свою малышку из этого пыльного мешка, продолжала счастливо размышлять Хилари. И ее здоровье поправится.

— Откроешь счет в банке, и вам с малюткой Лили можно будет не беспокоиться о завтрашнем дне. — Освальд окинул кузину довольным взглядом, но она даже не посмотрела на него.

В ее голове роилась сотня противоречивых мыслей. Решение старушки Мириам завещать ей коттедж до сих пор оставалось для нее загадкой.