— Лиззи…

Девушка резко отпрянула, как будто его руки обожгли ее.

— Мы… нам… надо поговорить. О работе.

— Для этого у нас еще будет куча времени. Тур продлится сорок два дня, все это время мы будем вместе — двадцать четыре часа в сутки.

— Но… — Она пыталась взять себя в руки и подобрать правильные слова, однако широко распахнутые глаза и прерывистое дыхание мешали собраться с мыслями. — Нам надо… надо обговорить кое-какие детали… по поводу обеспечения безопасности…

— Сегодня больше никакой работы, Лиззи, — промурлыкал Хейл. Его всерьез озадачило поведение девушки, он не понимал, какую игру она ведет и почему до сих пор не упала в его объятия. — Самое время расслабиться.

— Расслабиться?

— Именно так. Обычно в это время я спускаюсь в бар, чтобы пропустить рюмочку-другую и перекинуться в картишки с приятелями, Но, похоже, сегодня у нас будет программа поинтереснее.

Хейл просто сгорал от нетерпения прикоснуться к этой красавице. Он уже готов был почувствовать сладость ее поцелуя, ощутить нежность ее упругого тела. Предчувствие удовольствия заставляло сердце биться в бешеном ритме, а воображение рисовало самые соблазнительные картины. И тут он чихнул..

Элизабет скользнула взглядом по комнате: на обеденном столе стояла ваза с огромным букетом роз.

— Посмотри, какие прекрасные розы! — сказала она таким тоном, как будто никогда раньше не видела роз.

Хейл уставился на нее в недоумении:

— Лиззи, думаю, сейчас не самый подходящий момент для того, чтобы восхищаться розами!

— Но посмотри, они же просто чудесные! — не унималась Элизабет. — Такой огромный букет — их же тут не меньше двух дюжин!