Ну ладно, ее уединение нарушено, что само по себе неприятно. Но почему, ради всего святого, сюда заявился именно этот тип!

– О, добрый день, – проговорил Мартин с милой улыбкой. – Какой приятный сюрприз!

– Действительно. – Тон, которым это было сказано, отбил бы желание продолжать разговор у любого мужчины, но не у Мартина Данберга.

– Надеюсь, я вам не помешал? – поинтересовался он, даже не пытаясь скрыть, что прекрасно понимает, что помешал.

И очень может быть, намеренно помешал, подумала Айлин, а вслух раздраженно произнесла:

– Ничуть!

– Хочу испытать свои силы в виндсерфинге, – признался он с обезоруживающей откровенностью. – Не хотел, чтобы меня кто-то увидел: боюсь опозориться.

Айлин подняла на него взгляд.

– Вы что, никогда в жизни не занимались серфингом?

Мартин покачал головой.

– Много раз давал себе обещание попробовать, но все никак не удавалось. И я твердо решил, что сегодня это сделаю.

– Что ж, не буду вас отговаривать. – И она вновь сделала вид, что углубилась в чтение.

А Мартин тем временем снял футболку, демонстрируя накачанные мышцы, упругое тело, загорелую кожу и темные волосы на груди, образующие треугольник, один угол которого спускался…

Опомнившись, Айлин снова уставилась в книгу. Она злилась на себя за то, что так остро – буквально всей кожей – ощущает присутствие Мартина Данберга. Он же просто игрок, один из многих… к тому же явно из тех людей, которые не понимают разницы между разрешением и отказом. Все это она уже проходила. Стиснув зубы от раздражения, Айлин перевернула страницу… и поняла, что не помнит, о чем читала только что.

– Простите, пожалуйста…

Издав тяжкий вздох недовольства, она подняла глаза.

– Да?

– Простите, что снова вас беспокою, но не могли бы вы одолжить мне крем для загара? – спросил Мартин так робко, будто боялся, что она сейчас бросится на него и укусит. – Я свой забыл. А обгореть не хотелось бы.