Айлин кивнула и украдкой окинула его изучающим взглядом. Второй вечер подряд этот мужчина приходил в казино «Эсмеральда» и оба раза просаживал все, не особо расстраиваясь по этому поводу.

Впрочем, чему удивляться? Игорный бизнес и держится на таких вот молодых и богатых, выбравших свой наркотик – деньги, вне зависимости, выигрывают они их или теряют. Среди них есть и солидные бизнесмены, которые зарабатывают огромные суммы такими путями, что о них лучше вообще не задумываться, и вовсе безумцы, которые тратят свои миллионы исключительно от скуки.

И все же… Он не был похож на неудачника. В его гордой осанке было что-то небрежно-высокомерное; что-то суровое – в очертании рта, несмотря на вечную ленивую улыбку. Все говорило о том, что этот любезный джентльмен – вовсе не тот, за кого себя выдает.

Она оценила его смокинг – тот же дорогой портной, что шьет для Томаса Грехэма, принятого, по слухам, в лучших домах Европы и Америки. Безукоризненный покрой ненавязчиво подчеркивал широкие плечи и мускулистое тело, впечатляющее своей мощью. А руки… его руки были вовсе не мягкими и изнеженными, как у его приятеля, английского аристократа.

Шатен, волосы коротко подстрижены и уложены на косой пробор. А глаза – темно-серые, дымчатые – они говорили о многом. В их туманных глубинах таилась угроза. Это были глаза хищника.

И сейчас он смотрел на нее.

– Может, вы потом со мной потанцуете? В виде утешения? – спросил он.

Айлин покачала головой и вежливо проговорила:

– Извините, я не танцую.

Он удивленно приподнял бровь.

– Никогда?

– Никогда! – Она не хотела, чтобы ответ прозвучал так резко. Но своим неожиданным предложением мужчина выбил ее из колеи, и ей это очень не понравилось.

– Именно так, приятель. – Томас Грехэм весело хлопнул друга по плечу. – Я должен был сразу тебя предупредить. Она известна тем, что никогда не танцует и отказывается от угощений игроков.