– Ну что же, – самодовольно проговорил он, отодвигая стул и усаживаясь. – Кажется, наш друг решил не продолжать игру.
Томас Грехэм удивленно взглянул на него.
– Я бы не торопился с выводами, – сказал он и указал на часы.
Воцарилось напряженное молчание. Десять секунд, пятнадцать – все следили за медленным движением стрелки. Невероятно, как долго тянутся секунды, когда их считаешь. Стрелка миновала нижнюю часть циферблата и поползла вверх…
Портьера отдернулась, и по ступенькам спустился Мартин. Он спокойно занял свое место и с удивлением взглянул на партнеров по партии, как будто только что заметил, что все на него смотрят. Он покосился на часы на стене в тот момент, когда секундная стрелка достигла цифры двенадцать, и спросил:
– Ну что, продолжим?
Крупье распечатал две новых колоды карт, которые используются только в лучших казино. Томас Грехэм выкинул джокеров, перетасовал карты, дал снять Салеху Абу-Бакру и начал сдавать.
Атмосфера стала более напряженной, игра – агрессивнее, ставки росли. Доналд все еще был впереди. Гора фишек на столе перед ним постепенно увеличивалась. Томасу Грехэму этой ночью тоже везло. У Мартина была парочка неплохих выигрышей, но Айлин подозревала, что он придерживает хорошие карты, пытаясь выиграть время.
Она постоянно чувствовала на себе его взгляд, но старалась на него не смотреть. Когда же решалась взглянуть в его сторону, взор Мартина был обращен куда угодно, только не на нее. Но в один из моментов, когда она украдкой изучала его мужественное лицо, этот высокий лоб и четко очерченные скулы, Мартин застал ее врасплох – прямой взгляд серых глаз заставил ее почувствовать себя в плену, из которого не было сил вырваться.