Ее офис располагался в самом конце промежуточного этажа, максимально далеко от секса-за-деньги в ванных, а также избиения людей и торговли наркотиками в кабинете Ривенджа. Будучи главой безопасности, именно она общалась с полицией, и не было оснований подпускать синие униформы к основному действу ближе, чем того требовали обстоятельства.

Чистка людских мозгов – удобное средство, но у него были свои последствия.

Дверь была открыта, и Хекс оценила детектива со спины. Не слишком высок, но плотно сложен, что она одобрила. Его спортивная куртка была марки Men’s Wearhouse

Когда он повернулся, чтобы взглянуть на нее, его темно-карие глаза были по-ШерлокХолмовски умными. Он мог немного зарабатывать, но был далеко не глуп.

– Детектив, – сказала она, закрыв дверь и пройдя мимо него, чтобы сесть за свой стол. 

Ее офис был почти пустым. Ни фотографий. Ни цветов. Не было даже телефона или компьютера. Документы, хранимые в трех несгораемых шкафах, имели отношение только к законной стороне бизнеса, а мусорным ведром служил шредер. 

И значит, за сто двадцать секунд, проведенных в кабинете, детектив Де ла Круз не выяснил абсолютно ничего.

Де ла Круз достал и показал свой значок.

– Я здесь насчет одной вашей служащей.

Хекс притворно наклонилась вперед и посмотрела на жетон, хотя и не нуждалась в удостоверении личности. Ее симпатическая сторона сказала ей все, что требовалось: эмоции детектива представляли собой смесь подозрения, беспокойства, решимости и злости. Он относился к своей работе серьезно и пришел сюда по делу.

– Какой именно? – спросила она.

– Крисси Эндрюс.

Хекс откинулась на спинку стула.

– Когда ее убили?

– Как вы узнали, что она мертва?

– Не играйте, Детектив. Зачем еще, кому-то из отдела по расследованию убийств спрашивать о ней?

– К сожалению, я должен вас допросить.