- Я бывала там. - Она не выглядела ни испуганной, ни даже удивленной. В общем-то, я практически прожила там неделю. Как раз там я и познакомилась с Дадли.

- Ясно... Ваш отец женился поздно, не так ли? - Я увидел, что краска сбежала с ее лица. Я рассчитывал, что она вспылит, но этого не случилось. Она улыбнулась, овладела собой и дернула за шнур звонка, привстав на подушке.

- Очень поздно, - ответила она, - если вас это касается.

- Нет, не касается.

Вошла застенчивого вида горничная и смешала для нас коктейли. Один подала миссис О'Мара, другой поставила передо мной. Вышла, мелькнув парой хорошеньких ножек под короткой юбкой.

Миссис О'Мара выждала, когда закроется дверь, и сказала:

- Единственное, что может поддержать папу в хорошем настроении, это известие, что с Дадли все в порядке. Жаль, что Дад не написал, не прислал телеграмму или еще что-нибудь в этом роде...

- В сущности, ваш отец - беспомощный полумертвый старик, - прервал я миссис. - Всего лишь тоненькая нить привязывает его к жизни. Эта нить рвется, но всем наплевать на это. Старик пытается действовать, как будто ему одному не все равно. Я не стал бы называть это настроением. Я назвал бы это скорее проявлением удивительной внутренней силы и стойкости.

- Какая проницательность! - ее глаза просверливали меня насквозь. - Но вы ничего не пьете...

- Мне пора идти, спасибо.

На прощание она протянула мне изящную ухоженную руку. Вдруг откуда-то из-за холмов раздался оглушительный раскат грома. От неожиданности она вскочила. От сильного порыва ветра в доме задрожали стекла.

Я спустился вниз по лестнице в вестибюль. Из темноты вынырнул дворецкий и^ открыл мне дверь.

Я взглянул на спускавшиеся вниз террасы, усаженные цветами и экзотическими деревьями. Внизу - тяжелая чугунная ограда с позолоченными пиками по верхнему краю. Внутри ограды по периметру - шестифутовая живая изгородь. Дорога из особняка спускалась вниз, к главным воротам и домику привратника.