- Кузина, - сказал Генрих, - ты созрела для брака. Я вызвал тебя, чтобы обсудить этот вопрос.

Жанна настороженно ждала продолжения; ее уже однажды выдали замуж насильно, сейчас она ломала голову над тем, как избежать второго нежеланного брака. Она чувствовала, что молчаливый Генрих способен быть не менее упрямым, чем его отец.

- Ваше Величество, я уже была замужем, - сказала она, - и мой опыт заставляет меня проявить некоторую осторожность. Поступив однажды в соответствии с интересами государства, я бы хотела в дальнейшем иметь право выбора.

Генрих не улыбнулся; он смотрел на нее настороженно.

- Два человека выразили желание соединиться с тобой брачными узами. Они занимают высокое положение; думаю, они оба имеют право на твою благосклонность к ним. Один из них - Франциск, герцог де Гиз; второй Антуан де Бурбон герцог Вендомский.

- Антуан де Бурбон! - воскликнула Жанна, забыв об официальном характере аудиенции. - Я... я хорошо его помню. Я впервые обратила на него внимание во время церемонии крещения маленького дофина.

- Я бы отдал предпочтение месье де Гизу, - сказал Генрих. - Кузина, он - великий принц и храбрый солдат.

- Но... герцог Вендомский также великий принц и отважный воин, Ваше Величество.

Генрих не любил спорить. Его любовница Диана выбрала в мужья Жанны своего свояка де Гиза; дочь герцогини была замужем за его братом; если бы Жанна Наваррская вышла за Франциска де Гиза, между домами Валуа и де Гизов образовалась бы новая связь, полезная для последнего. Жанна пережила мгновение страха. Она знала, что, если любовница Генриха хочет заключения этого союза, король поддержит ее; будучи разумной двадцатилетней женщиной, а не своенравной двенадцатилетней девчонкой, она не верила в жалость королей.

Она попросила Генриха отпустить ее, дать ей время на размышления.

Франциск де Гиз, величайший воин и честолюбец этой страны! Редкая женщина не обрадовалась бы перспективе стать его супругой.