Тяжело вздохнув, Ясинта снова села за стол. Она обещала матери, что будет писать. Даже если на бумаге сказка окажется простенькой и несерьезной.

Часом позже она вновь подошла к окну, стараясь вспомнить, что именно промелькнуло в глазах Пола, когда она сказала, что принтер подарил ей Жерар.

Возможно, решила она, стараясь быть честной с собой, у Пола были причины беспокоиться о своем кузене. Хотя она никогда не пыталась использовать Жерара, но со стороны все могло выглядеть именно так. Он одолжил ей свою машину. Дал бы ей денег, если бы она не отказалась. По доброте душевной он организовал ей эти маленькие каникулы, чтобы Ясинта могла выполнить обещание, данное умирающей матери. Жерар не знал ничего о другом обещании, которое дала она. О том, над которым сейчас работала. Все равно она - вечная должница Жерара.

И кстати говоря, надо бы посмотреть, куда поставить машину. Здесь должен быть какой-нибудь гараж.

С этими мыслями Ясинта вышла в сад. Улыбнувшись, она сорвала листик лимонной вербены. Ее матери очень нравился этот цитрусовый запах, резкий и приятный. У нее в саду всегда рос кустик вербены. Она умерла, а мир все так же прекрасен. Прекрасен до невозможности. А мама уже не может увидеть его красоту.

Сморгнув набежавшие слезы, Ясинта открыла ворота и попала прямо в объятия сильных мужских рук.

- Ох, простите. Я не знал, что вы здесь. - Незнакомец говорил с новозеландским акцентом.

- Это вы меня простите, я задумалась... - ответила она, отступая.

Темные глаза уставились на нее с явным интересом. Сверкнула открытая и невинная улыбка. Кстати, очень заразительная.

- Дин Латроб, - представился он. - Я менеджер Пола. Работаю на ферме.

Ясинта улыбнулась в ответ и представилась.

- Ах да, вы та самая леди, которая собиралась провести лето в бунгало! Он снова улыбнулся. -Пол очень расстроился, когда я вчера вечером сказал ему, что никто не сможет там и дня прожить.