По работе приходилось общаться с иностранцами, в том числе выходцами с Туманного Альбиона, и моё ухо настропалилось улавливать различия в ридной мове коренных англичан, американцев, канадцев и прочих спикеров на инглише. Так вот, по ходу, блонди с Англии, и скорее всего, с центральной её части.

- Я Кира, - ответила я.

        Слава учителям филфака, где я проторчала целых семь лет вместо положенных пяти, произношением могла гордиться по праву. Фонетику в нас вбивали с упорством отбойного молотка, мучая каждую сессию зачётами.

- А ты кто? - поинтересовалась, присев на подлокотник.

- Кларисс Ирсон, - девица села, с недоумением оглядываясь. - Это твоё поместье? Как я здесь оказалась?

- Э... Прости, какое поместье? Это моя квартира, - я в непонятках уставилась на Клару.

- Квартира? - в глазах цвета шоколада мелькнул испуг. - Что это такое? Где мой дом?! Я хочу домой!

        Таааак, а вот истерик мне тут как раз для полного счастья не хватало в час ночи! Я коротко размахнулась и съездила блондинке по физиономии. На фарфоровой щёчке немедленно проступил красный след от моей лапы. Девчонка всхлипнула, схватившись за пострадавшее лицо, и с обидой посмотрела на меня. Я молча достала сигарету, прикурила, и, прищурившись, тоже глянула на Клару. Ой, чует моя задница, не простая иностранка свалилась мне на голову...

- Рассказывай, - приказным тоном потребовала я. - Коротко, без соплей, и заламывания конечностей.

        Шмыгнув, она поведала мне историю своего появления на нашей лестнице в подъезде...

        Когда Клара замолчала, теребя кружево на рукаве, и с беспокойством поглядывая на меня, я уже курила третью подряд сигарету и мрачно матюгалась про себя, пытаясь понять, правду ли сказала попаданка наоборот, или пора вызывать людей в белых халатах и сдавать им очередную клиентку. Неожиданно в кармане заиграл Мэнсон с его бессмертными "Сладкими мечтами", отчего девчонка взвизгнула и забилась в противоположный угол дивана. Пожав плечами, я вынула трубу и, даже не посмотрев, кто, рявкнула: