Он посмотрел на Смита, и взгляд его продолговатых глаз блеснул немного лукаво.

- Я думаю, вы с Дэлмоном сможете засвидетельствовать, - сказал он, что я действительно все время сидел там, пока вы ходили туда и обратно?

- Да, - отрывисто ответил Ивэн Смит. Он был явно раздражен перерывом в беседе с патером Брауном.

- Единственно, что я могу предположить, - продолжал Эббот медленно...

И тут прервали его самого. Легкая и в то же время крепкая фигура быстро приближалась между яркими клумбами цветов. Через мгновение к ним подбежал Джон Дэлмон с бумагой в руке. Это был очень хорошо одетый смуглый человек с тонкими и правильными чертами лица, напоминающими Наполеона, и очень грустными глазами, настолько грустными, что они казались почти безжизненными. Он еще не был стар, но черные волосы на висках преждевременно поседели.

- Я только что получил телеграмму из полицейского управления, - сказал он. - Я телеграфировал им вчера вечером, и они сообщают о посылке к нам человека. Как вы думаете, доктор Эббот, кого еще следует вызвать? Я имею в виду родственников.

- У него есть племянник. Верной Водрей, - сказал Эббот. - Если вы пойдете со мной, я думаю, что смогу дать вам его адрес и к тому же сообщу о нем кое-что интересное.

Доктор Эббот с Дэлмоном направились к дому. Когда они отошли на некоторое расстояние, патер Браун невозмутимо, как будто их беседа и не прерывалась, обратился к Смиту:

- Так вы говорили...

- Ну и хладнокровный же вы человек! - сказал секретарь. - Я думаю, это следствие того, что вам приходится выслушивать много исповедей. Мне сейчас кажется, будто я сам собираюсь исповедоваться перед вами. Немногие остались бы так спокойны, как вы, при виде этого слона, подползшего к нам как змея. Впрочем, я не буду отвлекаться от основного. Это исповедь, хотя она касается другого человека, а не меня.

Он сделал паузу и нахмурился, теребя усы, затем отрывисто сказал: