— Мне просто пришло в голову, что этим нужно заняться, — помолчав, сказал Стивенс. — Небольшой городок, небольшая работа — хорошее место, чтобы снова сориентироваться.

— Снова?

Возможно, на вид эта леди мягкая, но на самом деле она настоящая пиранья — большие глаза, всклокоченные волосы и все остальное.

— Послушайте, давайте, если вы не возражаете, отставим этот допрос и займемся делом. Вы хотите, чтобы вам сделали работу, или нет?

Марти глубоко вздохнула, что он истолковал как попытку продемонстрировать под мешковатым свитером некий намек на бюст. А он даже не из тех мужчин, которых так уж привлекает женская грудь. Если уж говорить об этом, он предпочитает глаза. Они — зеркало души.

Зеркало души?

Вот он — результат вынужденного безделья!

— Нужно переделать кое-что, — объяснила Марти. — Не думаю, что работа займет много времени.

Во всяком случае, надеюсь на это. Я хочу переместить лестницу, чтобы снова открыть внизу книжный магазин.

Коул задумался на минуту, затем медленно кивнул, начав кое-что понимать.

— Книжные полки, которые вы красили в гараже, — сказал он. Запах все еще оставался — смесь горелой корицы, свежего уретана и растворителя, но довольно слабый. Очевидно, у него притупилось обоняние.

Она кивнула.

— Я подумала, что лучше освежить их сейчас, чтобы они успели высохнуть к тому времени, когда будет готова лестница. Тогда я смогу установить полки в этих двух комнатах и приступить к расстановке книг.

Хорошо. В целом картина ему ясна.

— Пойдемте, — после некоторого колебания решилась Марти, — я покажу вам, что там наверху, чтобы вы смогли лучше понять мои рисунки. Да будет вам известно, вы не первый строитель, который пришел наняться на работу. Все они отказались.

— По какой же причине?

Зная, что он идет за ней, Марти изо всех сил пыталась не двигать бедрами больше, чем необходимо для ходьбы. Видимо, слишком сильный стресс отрицательно повлиял на ее рассудок. Потому что она заметила в нем все, начиная от зеленых глаз и заканчивая поношенными джинсами, облегавшими упругие ягодицы…